+7 905 229-29-89

alexcherkasov@ya.ru

Александр Черкасов

 

В поисках Cеребряного Страуса

«Vita brevis ars longa –

Жизнь коротка, искусство вечно» 

Гриша



Работали ли вы когда нибудь на конвейере?
Нет?
Тогда вам тем более будет интересен этот рассказ.

- Будь проклят Генри Форд, создавший конвейер! - с этой ритуальной фразы я начинал каждую свою рабочую смену. Какое вообще право, имеют они, плебеи-монтажники, держать меня - регулировщика радиоэлектронной аппаратуры на этом чёртовом конвейере с тупой монотонной работой по 12 часов два через два дня.
Но...


Бравый бригадир хозрасчетной бригады телесоздателей Наташка сказала прямо: - Какой ты специалист мне в общем-то плевать. Плохой - выгоним.

А вот, что ты за человек я узнаю только на конвейере.

Так что путь тебе в мою бригаду только через конвейерную ленту... 

Конвейер. 
Перед тобой плывут бесконечные рамочки в которых вставлены кросс-платы будущего нутра телевизора Электроника 433.

Лежат радиодетали: (дефицитные по тем временам) резисторы, тиристоры, транзисторы и прочии диоды и конденсаторы.

У каждого на конвейере свой набор из 6-8 деталей.

Белые халаты и шапочки.

Обязательно браслет на руке для снятия статического электричества. 

Рамка замирает перед тобой с платой и пальцы автоматически уже, практически без участия головы, вставляют нужные по схеме детали, переворачивают рамку, плавными слаженным движением загибают металлическим шариком и откусывают бокорезами лишние концы деталей.

Далее набитая врукопашную плата идет в цех, где её проводят через флюс и гребневую пайку. Так, наконец, она поступает на окончательную проверку к регулировщикам РЭА.

То есть ко мне по идее, но я то пока не с этими белыми людьми.

Почему белыми людьми?

Дык, кури когда хочешь. В туалет когда, извините, приспичит. А если плата сложная в работе, можно и философа включить. Дескать, не мешать, Чапай думать будет...

Конвейер - это звонок!

Вся жизнь по звонку. Все перерывы по звонку. Нельзя просто так встать и уйти - погубишь не только свой труд, но и труд своих товарищей.

Регулировщик - личность, конвейер - коллектив.

Сосед на конвейере - ближе чем друг.

Практически родственник.

Двенадцать часов ты слушаешь его сопение, бурчание, дыхание, хрипение. Ты знаешь всё про его семью. Ты не был никогда у него в гостях, но запусти тебя в его дом ночью и ты не заблудишься.

Ты знаешь всё о его проблемах. Твои пальцы раз за разом вторгаются в его личное пространство за уплывающей от тебя к нему рамкой с кросс-платой.

Диодик, диодик - кричишь ты, бессовестно воруя его время.

Гриша улыбается и наливает себе кофе из своей вечной фляги.
- Будешь? - спрашивает он.
- Не... Я больше чай люблю, - отвечаю я.

Семья его, жена его, сидит напротив и внимательно на него смотрит. 
Ленка и привела Гришу на конвейер.
Всё дело в том, что Григорий пил.

Не пить, работая завмагазином, у Гриши не получалось. Крепкая семья рушилась на глазах из-за зелёного змия потребкооперации.

И вот Ленка поставила вопрос бедром "торпедировав" унылый чёлн Гриши и вырвав его из системы сдержек и противовесов торговли в лоно заводского коллектива.

Подшитый Гриша был грозой любой компании. Сидеть с ним рядом было решительно невозможно. Не в силах выпить самостоятельно, он обаятельно и обстоятельно спаивал любого члена трудового коллектива.

- Грыша! Я тебя уваваю, но не могууу! - кричал могучий Валерий. Вообще Валера и Витя звёзды нашей бригады. 

Витя был мелкий бес, который с повышением градуса в крови искал неравный бой. Ему нужны были только большие цели в его вечном сражении Давида и Голиафа. На роль Голиафа раз за разом Виктор (что значит победитель - подчеркивал Витя) назначал своего закадычного друга - огромного двухметрового мужика с пудовыми кулаками и густой чёрной кучерявой бородой.

- Валера! Я иду тебя бить, кричал Виктор, и начинал ползать по могучему телу друга подпрыгивая и подрыгивая конечностями.

Валера добродушно терпел весь этот массаж минут пять, а потом могучей дланью прижимал выю Виктора к своим раменам и полупридушенным сажал за стол.

Что отмечала бригада весёлой Наташки?

Всё!
Свадьбы. Дни рождения. Майские и новогодние. Выезды на природу и просто посидеть.

По свадьбам впереди планеты всей шла Лиза.
Елизавета за неполных два года дважды выходила замуж и дважды разводилась. А вот теперь она выходила замуж в третий раз.
Но не спешите её осуждать! 

Всё это она делала исключительно по любви. И с одним и тем же человеком.

Стоит ли говорить, что родные Лизы слегка на момент третьей свадьбы... эээ... подзадолбались?!

- Лиза, что ты творишь?! - вопрошал я.
- Люблю я Саша это дело! - отвечала мне Лиза.
- Свадьбу люблю!!!

Вот такие неординарные личности трудились рядом со мной.

На лизкиной третьей свадьбе гуляла бригада монтажников громче чем на первой.

Следующий день...

Утро стрелецкой казни.

Сложные лица трудового коллектива только оттеняли бодрого и задорного Гришу. 
Гриша с его неизменной баклагой кофе был жив.
Бригада умирала с каждой минутой трудовой вахты.

И вот рабочий коллектив потянулся к живительному источнику Григория - к кофе.
Первыми припали к питью наши Диоскуры - титаны духа Валерий и Виктор.

И, о чудо! Румянец вернулся на их серые лица.

Следом за ними пошло паломничество всех иных...

Я сидел и тихо ненавидел весь мир.
Очень болела нижняя шестёрка справа.
К больной голове ещё и эта сомнительная радость зубной боли.
На заводе был стоматолог, но попасть я к нему мог не раньше большого перерыва. В 14.00.
А было лишь 10.12.

Конвейер...
Будь он проклят, конвейер!
Вся жизнь моя в этом тягомотном тупом месте.

- Гриш! У тебя анальгина или что-то такого нет?! - с надеждой спросил я.
- Медикаментов-с не держим-с - ответил мне друг.
- Ленк! У вас там колёс от боли нет?! - через ленту спросил Григорий.
- Ну вот. Тоже нет.. - Гриша даже расстроился.
- А ты... Хлебни, на вот, кофейку... - протянул он мне свою уже почти пустую баклажку.

- Я
Не
Пью
Кофе!!!

У
Меня
Зубббб, блиин, болит!!!! - тихим голосом заорал я.

Ты... Выпей... Тебе ж лучше будет - продолжил искушать Григорий.

Только тем, что я пребывал в расстроенных чувствах, лично я могу объяснить вам, что схватив злополучную баклагу, я не отрываясь высосал до конца всё её содержимое.

Ну, что вам ещё сказать?
Мне стало... лучше...

Серебряные колокольчики зазвенели в моей голове. Тело приобрело необычайную лёгкость и пластичность. Зубы перестали болеть. Все зубы. Вообще "... всё стало вокруг голубым и зелёным, в ручьях забурлила, запела вода..."

Гриша! Грышшша! Шо... Тьфу... Што было в кофье? Што было в...

- Спирт, Саша. Хороший такой спирт...

Этот энтузиаст встал в 5 утра. 
Сварил крепчайшую арабику. И смешал её в своей адской колбе со спиртом "Рояль" в равных пропорциях.
В семь утра он пронёс эту биологическую бомбу через проходную завода "Витон".

- Гриша, один только вопрос, зачем?! 
- Ну вчера на свадьбе бригада так хорошо гуляла, что сегодня без опохмела план точно не выполнить...

Григорий ухмыльнулся.
- Ну как зуб? Прошёл?
- Всё прошло Гриш, а как я теперь до вечера работать буду?!

Это был чертовски длинный день.
Наверное самый долгий день в году.
Дома я оказался на автопилоте.
Доставил моё тело Григорий.

Через два месяца я перешёл с конвейера с благословения Натальи на регулировку. Ещё через два месяца впервые устроил старшего брата к себе работать. Впрочем - всё это уже другая история.

Жизнь разбросала нас с Гришей, но я рад, что знал такого большого человека.
Зуб, кстати, жил ещё целых восемь лет…